Как французские протесты выглядят изнутри

Французские протесты открыли сезон “осенних революций — 26” сразу в нескольких странах Европы. Сначала парижские школьники выстроили баррикады, потом к ним подключились ученики из других городов, затем в протест влились и взрослые, требуя социальных реформ. К середине осени молодежные протесты прошли в Португалии, Бельгии, Испании, Италии, Албании. Студенты и школьники открыли ящик Пандоры в Европе и топят за левацкую повестку. Горят машины, в ментов летят бутылки, протестующим отрывает конечности и выбивает глаза, леваков и антифу обвиняют в разжигании… Это уже революция? Кто мутит самый лютый уличный движ в Европе и к чему это приведет? Наблюдениями с баррикад с No Future поделился фотожурналист Антон Карлинер. Смогли вызвонить его между съемками очередных протестов в Париже.

Ты уже давно снимаешь протесты в Париже и насмотрелся разного, но нынешняя волна чем-то отличается?

Когда мы только приехали во Францию, три с половиной года назад, тут было очень много протестов. И я попал на первомайский протест, начал снимать, впечатлился, выглядело это очень масштабно. Это был довольно выдающийся протест потому что на повестке дня была пенсионная реформа. Все последующие протесты, которые я во Франции снимал, я сравнивал с Первым мая. Но сегодняшний протест первый, который превзошел его по интенсивности. За последнее время я снимал четыре большие акции. И из них почти все по интенсивности были мощнее.

Чем это отличается от того, что ты видел в России перед отъездом?

Во-первых, огромное количество участников. Мне кажется, что в России за последние годы таких масштабных акций не было. Во-вторых, это направленность протестов. Французские протесты — они очень левые, с социальной, антирасистской, антикапиталистической повесткой. В то время как в России, наоборот, в основном участники протестов — либералы, которые, наоборот, за капитализм топят. А еще отличается готовностью участников протестов… отстаивать свои права, назовем это так… Конечно, подавляющее большинство участников протестов — это мирные люди, они просто идут с плакатами, поют песни, кричат лозунги, танцуют и так далее. Но есть люди, которые готовы к непосредственному столкновению с полицией. Такого на протестах в России я видел гораздо меньше. В российских протестах, насколько я помню, люди в целом задержаниям мало сопротивлялись и в очередь в автозак выстраивались зачастую, а здесь людей как раз часто отбивают. Если менты поймали кого-то, кто отделился от толпы, не сумел убежать, его часто пытаются отбить.Хотя задержали уже за четыре недели больше 6 тысяч человек, если я правильно помню. Это больше, чем во время протестов «желтых жилетов» задержали за год.

Если я правильно понял, протесты начались — исходя из того как ты ранее мне описывал — из-за последовательных непопулярных реформ и урезания ресурсов у школьной системы. Стало хуево и с учителями, и с материальным обеспечением, а вылилось это в то, что усилился разрыв и дискриминация между условно бедными и богатыми. Теперь из-за новой системы приема в вузы шансы попасть туда выше у тех, кто закончил “хорошую” школу в благополучном районе. И в итоге школьники начали бастовать?

Ну, как бастовать? Блокировать входы в здания школ, потому что, как и любой протест, если он проходит символически, он веса не имеет. И на это власть ответила тем, что начала очень жестко их разгонять. Собственно, у нас первые такие вопиющие случаи произошли еще задолго до последних демонстраций. Одному парню выстрелили в лицо светошумовой гранатой, он потерял все зубы, у него были челюстные переломы. На одном из прошлых протестов еще одному оторвало руку тоже светошумовой гранатой. Одну девчонку чуть не задушили, когда задерживали. Еще одного парня полицейский держал пару минут просто под водой в ручье. На протесте 17 октября снова оторвало руку человеку. То есть уровень насилия запредельный, и, соответственно, это вызвало еще более огромную волну возмущения… Сначала протестующих лицеев было несколько десятков, потом — 400, потом уже было почти четыре тысячи, присоединились университеты, профессора, учителя. И в целом это вызвало такое волну возмущения полицейским насилием, но естественно, в повестку включились в том числе и вообще социальные требования в принципе.

То есть требования расширились…

Все эти требования давно озвучивались. Но движение расширилось, теперь это не только школьники, это еще и «желтые жилеты», например. В целом люди недовольны ситуацией. Я бы сказал, что эта школьная история стала триггером, потому что люди очень нервно реагируют, когда их детей начинают просто избивать и ни во что не ставить.

А как вообще начинаются столкновения с полицией? Ну, вот идут мирные демонстранты с песнями и плакатами, но в какой-то момент начинают лететь камни, гореть машины и разграбляться магазины…

Смотри, протестующих здесь можно разделить, наверное, на три группы. Мы сейчас не берем тех, кто грабит магазины — это отдельная история, которая происходила только последние пару раз. Так вот, например, есть черный блок, который в принципе на любые такие массовые акции приходит с целью подраться с ментами. Они начинают зажигать файеры или стрелять фейерверками… Зачастую это получается после того, как менты что-то перекрывают, не дают пройти. Возникает напряжение. Дальше идут в ход со стороны представителей черного блока камни, бутылки или еще что-то. Менты начинают стрелять слезоточивым газом и светошумовыми гранатами. Начинается битва, скажем так, которая потом либо долго продолжается, либо не очень долго. Обычно это такие спорадические вещи. Если это происходит на какой-нибудь площади, то там обычно пару часов позиционная война идет. Менты сначала еще пытаются залить газом, водометами, закидать гранатами, а протестующие сопротивляются определенное время этому. После этого менты рано или поздно начинают площадь зачищать. В итоге — все расходятся.

А остальные “виды” протестующих?

Это, собственно, ну, как бы назвать, милитанты. То есть это люди, которые готовы бороться за свои идеалы, свои права. К ним зачастую много людей в моменте примыкает, школьники, молодые люди, у которых горячая кровь. В отличие от черного блока они, как правило, гораздо более ярко одеты. Во-вторых,чувствуется искренность их энтузиазма. Ну и в чем еще отличие — в том, что эти протестующие, которые не из черного блока, они не враждебны прессе. Наоборот, часто говорят: «Снимайте!» или «Дайте дорогу журналистам,спасибо вам, журналисты!». Черный блок очень не любит прессу, они все время пытаются прессу отпиздить, ну или закрыть всё, чтобы типа не попасть в кадр.

Расскажи про роль вообще леваков во всей этой истории. Довольно популярен тейк, что все эти протесты мутят леворадикалы и из этого следует масса набросов на движ.

Я бы сказал, что 98 процентов людей, которые в принципе участвуют — это мирные люди с лозунгами и плакатами. И из тех, кто участвует в столкновениях с полицией впоследствии или поджигает машины — это зачастую, действительно, люди левых взглядов. Но, как я и сказал, многие из них, не леворадикалы, а люди, которые вышли на протест и из-за возмущения, из-за гнева они готовы участвовать. Есть отдельная категория людей — это как раз те, кто занимается вандализмом и грабежами. И местная правая либеральная пресса, и политики, пытаются обвинить в этом левых, причем даже не только леворадикалов. Еще есть такая партия LFI (Непокоренная Франция), которая тут самая левая из парламентских. И со всех утюгов говорят, что они разжигают и поддерживают насилие. На самом деле те, кто занимается грабежами, не относятся в подавляющем большинстве к каким-то политическим движениям. Даже прокурор Парижа заявила, что у нее нет оснований полагать, что те, кто задержан за эти грабежи, имеют отношение к ультралевым организациям. Хотя эти левые могут поджечь машину или электровелосипед. Ну, в 1968 году, если посмотреть на фотографии, там машины горели активно…

А сейчас зачем поджигают?

Ну, во-первых, чтобы ментам создать препятствия. Им не так удобно в огонь кидаться. Плюс есть какие-то горячие головы. Но еще довольно много полицейских провокаторов. Буквально на днях я видел видео, где такой чувак в худи и в балаклаве, подбегает и кидает камень в стекло пожарной машины. А здесь надо сказать пожарных типа все обожают на протестах и пропускают всегда. Так вот этого чувака сразу же пытаются крутить участники демонстрации, как раз вот эти вот милитанты… он вырывается от них, бежит к полицейским рядам, говорит что-то офицеру и уходит спокойно за оцепление. Такие вот интересные вещи.

Мы издание, которое фокусируется на том, что делает Антифа, расскажи свои наблюдения репортерские — как Антифа на этих протестах представлена?

Слушай, ну. Антифа в принципе всегда представлена на протестах. Поскольку повестка левая, всегда есть колонна Антифы. Помимо анархистов и черного блока представлены разные профсоюзы, либертарные коммунисты… Опять же те, кого мы относим к милитантам, среди них немало, условно, радикально левых антифашистов.

А они кажутся какой-то силой, которая может менять сценарий протеста?

Я бы так сказал скорее, что если происходит столкновение, в котором участвуют в том числе Антифа, полицейским не так уж и просто бывает там пробить сопротивление. Но когда нет на протестах Антифы, то наоборот, полицейские гораздо проще и быстрее все подавляют.

А как в движе — не только в Антифе — относятся к погромам, таким вот протестам и всей этой истории, если ты слышал?

К погромам относятся плохо. К противостоянию с ментами в принципе относятся позитивно. Любой здравомыслящий человек будет осуждать бессмысленное насилие, грабежи, разбитые магазины… К стати, интересный момент: антифашисты, они если что-то и крушат ситуативно, то это витрины банков обычно, или Макдональдс может пострадать, но они ничего не грабят. Антифа — они не занимаются бессмысленным насилием и не только бессмысленным, но таким, которое направлено против обычных людей.

Расскажи тогда про погромщиков. Это жители мигрантских пригородов, которые дорвались и грабят магазины с айфонами, как часто их описывают в правых медиа? Это вот правда так? То есть это все приезжие устроили? Белых там типа нет? Или что ты видишь на акциях?

Состав разнообразный: там есть и белые, и арабы, и африканцы и так далее. Нельзя сказать, что это очень монолитная какая-то одна группа. С другой стороны, я думаю, что в целом, конечно, есть определенный перекос в сторону людей, скажем так, с мигрантским бэкграундом. И это, как обычно, люди из бедных районов. Но мы не говорим, как правые всякие медиа, что это природа людей — они черные, поэтому они грабят. Мы говорим о том, что есть понятные социальные причины, что действительно в бедных пригородах живет гораздо больше мигрантов, чем в более буржуазных районах Парижа.

Это вот прям массовая такая история? То есть у вас сейчас “карнавал вандализма”, когда ты можешь идти по улице, расхуярить салон связи и взять айфон новый? Или это все же раздутый медиа виральный контент, поэтому сложилось такое впечатление?

Я бы так сказал, что с одной стороны, именно в этот раз масштабы довольно большие, не стоит преуменьшать, это правда, и в Париже, и в других городах пострадали магазины в первую очередь. С другой стороны, здесь все это локализовано в нескольких районах Парижа было. Не было так, что весь Париж превратился в один большой центр для бесплатного шопинга.

А как обыватели к этому относятся — те, кто в этих протестах не участвуют и живет свою обычную жизнь? Наверняка им закрытое метро или горящие магазины доставляют неудобства.

Конечно, многие в шоке. Но тут надо понимать, что Франция — это в принципе страна, где революционная культура впитывается с молоком матери. Одна из главных, скажем так, духовных скреп французских — это вот готовность противостоять власти, совершать революции и так далее. Поэтому тут немножко другой все-таки ракурс, чем, например, у людей из постсоветского пространства. Конечно, очень многие осуждают, но многие при этом поддерживают требования протестующих. Я уже видел несколько заявлений в интернете от владельцев пострадавших магазинов, что “конечно, нам тяжело, но мы против того, чтобы эти разрушения использовали в политических целях, мы поддерживаем протестующих, и не собираемся становиться инструментом их дискредитации”.

Может ли это реально привести к революции или сожгут какое-то количество мусорок, машин, задержат там еще четыре тысячи человек и типа все успокоится? Возникнут ли после этого какие-то разговоры изменения, разговоры с оппозицией, и вообще кто тут вообще оппозиция?

Пока что у меня нет ощущения полномасштабной революции, но при этом, эти протесты уже влияют очень сильно на ситуацию. Во Франции в принципе политическая обстановка напряжена, если не сказать раскалена, уже несколько лет, а через шесть месяцев будут президентские выборы. Я думаю, что протесты могут привести к мобилизации молодежи, которая как раз очень к левым тяготеет и которая при этом в выборах обычно участвует гораздо меньше. Это может усилить поляризацию в обществе.

Ну то есть в любом случае, несмотря на погромы, властям так или иначе придется считаться и делать какие-то уступки, верно я понял?

Про уступки рано говорить. Власти сейчас пытаются максимально все слить, дают какие-то пустые обещания или говорят, что позовут за стол переговоров представителей каких-нибудь там школьников. Но если это все продолжится, властям придется рано или поздно на какие-то уступки идти. Насколько большими они будут… ну, не знаю. Одно из требований протестующих в связи вообще со всей этой историей — это запретить применение резиновых пуль и слезоточивого газа, например. Вот я могу себе представить, что такое протест может выбить даже на данном этапе.

Последний вопрос про цену для протестующих, которую они платят. В сравнени с Россией, что ждет тысячи задержанных? Условная, пыточная тюрьма или 20 евро штраф и “иди на хуй, не шали”?

Думаю, что ни то, ни другое. Наверное, власти будут стараться тоже устроить какие-то показательные процессы. Наверное, кого-то посадят. Например, недавно задерживали человека, который, по сообщению властей, поджег мэрию Лиможа, могу предположить, что его будут стараться посадить для большей значимости. С другой стороны, у меня нет ощущения, что большинство участников протеста будут, как в России, сажать, чтобы остальным было неповадно.

Фото в публикации: Антон Карлинер

ХХХ

Чтобы чаще публиковать материалы нам нужны ваши донаты. Их мы потратим на гонорары авторам, фотографам и иллюстраторам. Ниже есть возможности для пожертвования любой суммы на будущее No future.

Подкинуть нам денег или подписаться на регулярный донейшн в рублях можно

ЗДЕСЬ

В валюте можно подкинуть нам через наш Patreon

ВОТ ТУТ